Книги: Mother — Глава 6

История «Джексон Файв» начинается со сломанного телевизора. Был 1955 год. Телевизор, о котором идет речь, был наш черно-белый «Мунтц». Наш мастер, мистер Уиллис, попытался починить его, но безуспешно, «Боюсь, что мне придется подержать его некоторое время у себя»,— сказал он. Но мистер Уиллис продержал телевизор больше, чем «некоторое время». «Не приносите его пока,— сказала я ему, после того как он его починил.— У меня нет денег, чтобы заплатить вам». Мы с Джо в то время действительно находились в финансовой пропасти. Наша семья состояла из шести человек. Ребби было пять лет, Джеки — четыре, Тито — два года, Джермен был еще грудным. Раньше я рассчитывала, что телевизор поможет мне развлекать детей по вечерам, теперь же, когда телевизора в доме не оказалось, передо мной встала новая задача — чем занять детей? Я решила петь вместе с ними. Я полагала, что сумею пропеть несколько песен, пока глажу, штопаю или мою посуду. Я начала учить детей мелодиям, которые пела с моим папой: «Хлопковые поля», «Она придет из-за горы», «Ядро Уобаска». Детям понравилось наше совместное пение с первого дня. Даже крохотный Джермен подпрыгивал на своем стульчике под звуки наших сливающихся голосов.

ДЖЕКИ. Впервые, когда я услышал, как мама поет песню кантри, я был поражен, «Вот это да, она действительно умеет петь»,— подумал я. Вот так это все и началось для моих братьев и меня — мы пели вместе с ней.

Наше совместное пение в гостиной стало традицией семьи Джексонов. Однако в начале шестидесятых годов появился новый музыкальный стиль, понемногу вытеснивший мои любимые песни кантри и завладевший нашим вниманием.

ДЖЕКИ. Записи студии «Мотаун» полюбили все, белые и черные. Эта музыка собирала людей вместе.

«Мотаун» собирала моих старших детей вместе у радио. Каждый день они слушали последние выпуски студии звукозаписи, основанной в Детройте автором песен и продюссером Берри Горди.

РЕББИ. Мы вслушивались в каждое слово диск-жокея, объявлявшего ближайшие выступления «Мираклз», «Тэмптейшенз», или какой-нибудь другой группы. Мы умирали от желания увидеть их, хотя, конечно, не могли себе этого позволить. И все-таки чем истошней становился голос диск-жокея, тем больше он нас гипнотизировал.

Как только дети слышали новую запись, они складывали свои монеты вместе или просили у меня немного мелочи и мчались покупать пластинку в маленьком магазине напротив школы имени Рузвельта. Естественно, как только они приносили пластинку домой, сразу же ставили ее на проигрыватель и танцевали под нее в носках. Я с радостью разрешала им их «носочные танцы» в гостиной, особенно если до этого я натерла мастикой наш плиточный пол из формики *. После таких танцев пол сверкал в течении нескольких дней!

РЕББИ. И мы любили танцы: Джери, Машт Потэйтоз, Уск, Пони, Фор Корнерз **.

Задолго до того, как мы услышали слово «Мотаун», Ребби и Джеки уже были лучшими танцорами в нашем квартале. Когда Ребби было шесть, а Джеки четыре года, они начали выигрывать состязания на вечеринках. Ребби танцевала все свое свободное время. «Мама, как ты можешь вот так просто сидеть? – говорила мне она, когда по радио передавали хорошую песню в записи «Мотаун». – Неужели ты не чувствуешь, что тебе надо двигаться?». Другие дети не отставали от нее. Казалось, они все, за исключением Марлона, были рождены для танцев. Марлону танцы давались труднее, но его старания не пропали даром: впоследствии он тоже стал великолепным танцором. Но детей не устраивали только танцы под песни «Мотаун». Они хотели еще и петь. И они пели…

ДЖЕКИ. Сначала Тито, Джермен и я просто баловались, пытаясь запомнить песни по радио. Но неожиданно у нас стало хорошо получаться – настолько хорошо, что люди, проходившие мимо нашего дома, останавливались, чтобы послушать нас, а иногда даже присаживались на лужайке. Когда нам удалось «завладеть их ушами», мы поняли, что что-то будет.

Они «завладели» и моими ушами тоже. И ушами Ребби. «Мама, посмотри на мои руки – у меня мурашки только от того, что я слушаю, как они поют!» — воскликнула она как-то. Как я уже говорила, забавно, но криминальная обстановка в Гари сыграла свою роль в развитии певческого таланта моих детей. Часто нам с Джо приходилось держать их взаперти не потому, что они провинились, а из-за того, что мы замечали у дома каких-то подозрительных типов. Джеки, Джермен и Тито в таких случаях часто напевали свои версии новейших хитов «Мотаун» в своей спальне. Иногда, вечерами, когда это было безопасно, они пели на улице к дома, под фонарем.

ДЖЕКИ. Мы обожали петь на улице. Нам удавалось достичь большей гармонии за счет эха.

Они пели все лучше и лучше. «Мама, мы попадем на телевидение, как «Темптейшнз», — как-то раз объявили мне они. Когда четырехлетний Майкл начал добавлять сой голос в их вокальную смесь, я подумала: «Похоже, у них действительно есть потенциал…». Я была увлечена пением детей. Что же касается Джо, то он их еще не слышал, поскольку работал в две смены – ночную на Инланд Стил и дневную на Американском литейном заводе. Я решила попросить Джо послушать, как поют наши дети.
Но Джо не проявил особого интереса. «Кэйт, у меня сейчас нет времени»,— сказал он. Но, когда он впервые услышал, как играет на гитаре восьмилетний Тито, не мог не оценить музыкального таланта своих мальчиков.
Расскажу о том, как Тито попал на «прослушивание» к своему отцу. У Джо было правило: никто из детей не должен трогать его гитару, которую он хранил в чехле в кладовке. Тито, несмотря на запрет, доставал гитару, когда Джо был на работе, и учился играть на ней. «Ты же знаешь, что отец не разрешает трогать его гитару»,— отчитывала я Тито, когда он попадался мне на глаза. И все же я никогда не заставляла Тито положить гитару на место, потому что внутренне одобряла его инициативу. Как-то я рассказала об увлечении Тито гитарой своему отцу, и он подарил мальчику обычную гитару.
Иногда у нас гостил Лютер, брат Джо. Он любил играть на гитаре вместе с Тито, который играл все лучше и лучше. И вот однажды у Тито лопнула струна. Не имея денег на новую струну, он решил достать гитару Джо. Я видела, что он делает, но ничего не сказала. Но Тито не повезло: он порвал струну и на гитаре Джо. Убрав гитару обратно в чехол, он приготовился к последствиям. Увидев порванную струну, Джо строго спросил, кто это сделал. «Тито»,— немедленно ответили братья. «Это я разрешила Тито взять гитару»,— солгала я. Джо воззрился на меня. «Почему ты это сделала, я запретил детям трогать гитару? — закричал он.— Ты поощряешь их непослушание!» Джо повернулся к Тито. «Сядь, Тито,— сказал он.— Я хочу послушать, как ты играешь на этой гитаре, если ты не умеешь играть, я тебя выдеру по-настоящему».
Тито спокойно взял несколько любимых аккордов. Джо не мог скрыть своего удовольствия. «Парень, ты действительно можешь играть»,— сказал он. Вскоре после этого Джо вернулся домой с работы, пряча за спиной сверкающую красную электрогитару. Это был сюрприз для Тито.
«Честное слово, Джо, у мальчиков талант! — сказала я ему снова.— Я хочу, чтобы ты послушал!» Наконец Джо согласился. «Они могут петь,— сказал
он,— но у меня по-прежнему нет времени заниматься с ними». Как-то совершенно неожиданно мне позвонила женщина по имени Ивлин Лии. Каким-то образом она узнала, что мальчики поют. Она спросила, не хотят ли они выступить во время показа моделей детской одежды, который состоится в универсальном магазине в Глен-парке, пригороде Чикаго. Когда я спросила об этом мальчиков, они колебались не более секунды, прежде чем ответить: «Да!» До этого они выступали только один раз в доме одного из двоюродных братьев Джо.
Вскоре у меня состоялся с Ивлин Лии, разговор, повлиявший на всю нашу дальнейшую судьбу. «Как ваша группа называется? — спросила она.— Я хочу внести ее название в списки».— «О, у нас еще пет названия,— ответила я.— Но я думала о «Джексон Бразерз Файв»» ***.
Ивлин Лии немного подумала. «А как насчет просто «Джексон Файв»,— предложила она.— Знаете, это звучит намного лучше». Мисс Лии попросила ребят приготовить три песни на свой выбор. Пока они репетировали, я занялась костюмами. Я решила одеть ял в черные брюки и красные рубашки с символами –цифрой пять и верхней «до» на нагрудном кармане, вышитыми голубыми нитками. Сесил Роул, родом с Ямайки, жившая в конце нашего квартала, сделала дли меня вышивку.
В день демонстрации мод вся наша семья на машинах Джо и его брата Лютера отправилась в Глен-парк. Мы не знали, что нас ждет, когда подъезжали к универсальному магазину. Оказалось, оформление было не таким впечатляющим, как бы нам хотелось его видеть в день первого публичного выступления: сцена устроена в середине магазина, стулья отсутствовали. Покупательская аудитория должна была смотреть всю программу стоя. Вместе с мальчиками в программе выступали и другие дети. После коллективного танца девочек и мальчиков наступила очередь «Джексон Файв». Среди песен, которые исполнила наша группа, был и новый хит «Дуин зэ джерк» **** группы «Ларке». Джермек солировал, играя басовую партию на гитаре Джо остальные подпевали, при этом Тито играл на злектрогитаре, Джеки бил в тамбурин, Майкл колотил в бонго, Марлон танцевал.

ДЖЕКИ. Я не был готов выступать в универсальном магазине перед друзьями, включая нескольких моих подружек, и очень смущался. Не успел я оглянуться, как мы уже пели первую песню. Я видел, как покупатели со всех сторон подходят ближе, в упор разглядывая нас. Все это было немного чудно.

Мы с Джо стояли среди слушателей. Я чувствовала, что Джо нервничает.. Он молча проговаривал слова каждой песни. Что касается меня, то я совсем не нервничала. Я гордилась своими- мальчиками — ребята выступили отлично. Толпа наградила их сердечными аплодисментами. «Недалеко то время, когда вы будете выступать в более приличных местах»,— сказала я им по дороге домой. Вскоре после этого невестка Джо Бобби Роуз Джексон высказала одну идею, которой суждено было вывести «Джексон Файв» на широкую музыкальную дорогу. «Почему бы вам не послать ребят на конкурс талантов в школу имени Рузвельта?» — спросила она, сама окончившая эту школу. Учащиеся этой школы ежегодно давали представление, на которое радушно приглашали молодых исполнителей из других школ.
Может показаться странным, но я впервые услышала о представлении в этой школе, хотя мы с Джо и прожили в нашем районе пятнадцать лет. Особенно меня заинтересовало то, что это представление было частью общегородской программы поиска молодых талантов. Победители представлений, проводившихся в школе имени Рузвельта и в других школах, участвовали затем в ежегодном конкурсе талантов, который проводился на стадионе Гилрой. Такой конкурс считался в Гари музыкальным событием номер один.
Я была за участие «Джексон Файв» в соревновании. Джо и мальчики тоже. Спустя два месяца позвонила Бобби Роуз и сообщила, что скоро начнутся прослушивания. Ребята приступили к работе, которая полностью поглотила их. «Кого бы нам найти играть на барабанах? — размышляли они.— Только бонго и тамбурина недостаточно». Соседский мальчик, Милфорд Найт, только что приобрел барабанную установку. Ребята пригласили его подыграть им.
Хотя Джо и согласился начать работать с мальчиками, он по-прежнему был очень занят, поэтому им приходилось в основном репетировать самим. В песне «Май Гёрл» *****, которую они выбрали для выступления, мальчики хотели показать, на что способен каждый из братьев. Одна из песен была задумана как оформление к танцам шестилетнего Майкла.
Пока ребята отрабатывали свои выступления, я обдумывала их костюмы. Я решила остановиться на белых рубашках с красной отделкой, красных галстуках-бабочкой и черных брюках.
«Джексон Файв» прошли прослушивания в школе имени Рузвельта с блеском. Они, должно быть, произвели сильное впечатление и на конкурсе.

ДЖЕРМЕН. Наконец подошел день конкурса. Мы уже были готовы к выходу на сцену, но решили еще раз проверить инструменты, чтобы убедиться, что они настроены. К великому нашему огорчению, мы обнаружили, что кто-то расстроил гитары и бас. «Кто-то не хочет, чтобы мы выиграли»,— сказал я. Мы быстро настроили инструменты и стали ожидать, когда нас вызовут.

Мальчики начали с «Май Гёрл», солировал Джермен. Аплодисменты были громкими и продолжительными. Затем ребята спели свою собственную песню.

ДЖЕКИ. Когда мы довели толпу до того состояния, которое нам было нужно, Майкл положил свое бонго, вышел на середину сцены и начал танцевать под Джеймса Брауна. Он взорвал зал. И тогда мы поняли, что выиграли, и не потому, что были самыми молодыми исполнителями в программе, — мы заслуживали этого. Было особенно приятно, что «Джексон Файв» выиграли у большого числа весьма способных исполнителей. Дэнис Уильяме, одна из участниц программы, завоевала первые места спустя несколько лет, выступая со своей песней «Пусть мальчик скажет». Некоторые будущие номера «Ее, Уинд энд Файма»****** тоже прошли проверку на конкурсах в школе имени Рузвельта.

РЕББИ. Я думаю, конкурсы талантов оказывали большое влияние на наш район, да и на весь Гари. Это была кузница молодых талантов. Учителя поощряли детей к прослушиванию. Глядя на выступающих, другие дети тоже втягивались в состязания, не желая отставать,— старый фактор соревновательности. Эти соревнования стали обычными, в Гари.

У ребят не было недостатка в источнике вдохновения. Особенное влияние на них оказывала «Мотаун». Когда я смотрела их выступления, то поражалась тем, что почти каждое из них несло на себе оттенок «Мотаун». Казалось, ребята стремились стать следующими «Темптэйшнз».

ДЖЕКИ. Мы сообразили, что музыка — это билет из Гари.

Оглядываясь назад, я понимаю, что ребята прошли жестокое музыкальное соревнование в своем родном городе. Это заставило их много работать с -самого начала, чтобы быть замеченными.
Через несколько месяцев после триумфа в школе имени Рузвельта «Джексон Файв» выиграли на ежегодном конкурсе талантов. И снова Майкл был гвоздем программы. Его звездный час наступил во время исполнения мальчиками хита Роберта Паркера «Бэафутин» *******, в котором Майкл солировал. Во время инструментального проигрыша он неожиданно скинул башмаки и выдал совершенно сумасшедший танец босиком.

ДЖЕКИ. Помимо его очевидного таланта, меня в Майкле поражало еще и полное отсутствие нервозности. В подобной обстановке большинство семилетних чувствовали бы себя стесненно. Отношение же Майкла было таким: «Я выйду и сделаю это!»

С того дня я вновь начала мечтать — мечтать о музыкальной славе и успехе «Джексон Файв», как когда-то я мечтала о себе. Что касается Джо, то он записал следующее пророчество: «Эти ребята вытащат меня со сталепрокатного завода».

*Формика – фирменное название пластика, типа линолеума.
**Название американских танцев, популярных в 60-е годы.
***»Братья Джексон пять».
**** «Танцуй джерк» (англ.).
***** «Моя девочка».
****** «Земля, ветер и огонь» — рок-группа, завоевавшая популярность в семидесятые годы.
*******»Босиком».