Книги: The Golden Truth — Глава 35

Одна из самых больших проблем, с которыми многие годы должна была бороться моя семья – пресса. Это дилемма, потому что с одной стороны она нужна, с другой же неплохо было бы обойтись без нее.

Вы ведь знаете, что моя семья не переносила бывшего менеджера Ла Тойи Джека Гордона. Он принес ей и нам много горя, и я просто не могу выразить, как я рад, что она рассталась с этим человеком. Правда, последствия мы ощущаем до сих пор.

Приступим к теме жестокого обращения с детьми. Я уже не помню, Ла Тойя это выдумала, или это был Майкл, но это очень угнетает.

Давайте вернемся в то время, когда Майкл был маленьким. Уже в 2 года он был намного более развитым, чем другие дети в этом возрасте. У нас уже было 4 мальчика и 2 девочки, поэтому это было довольно утомительно — иметь 7го ребенка, который был умнее всех нас вместе взятых. Как бы то ни было, нам стоило больших усилий держать его в узде. Когда я, уставший после моих 2х работ сидел в гостиной, иногда случалось, что Майкл играл в баскетбол своей бутылочкой и использовал мою голову вместо корзины. Конечно, я не мог на него сердиться, он не хотел сделатьмне больно и это было весело, но я понял, что когда-нибудь позже я должен буду принять решительные меры.

В 3 года Майкл продолжал играть в баскетбол, и тогда он начал использовать для этого ботинок. Но я тоже стал опытнее и вовремя уклонялся. Мы с Кейт уже тогда договорились, что она наказывает девочек, а я мальчиков, поэтому я слегка надрал ему задницу, не сильно, просто чтобы знал, что ему нельзя это делать.

Когда Майклу было 4, он уже так быстро бегал, что успевал от меня улизнуть, прежде чем я мог его шлепнуть. Он просто заползал под кровать, и там до него никто не мог добраться. Через некоторое время мы уже до упаду смеялись, когда он снова делал какую-нибудь глупость и его ожидала за это трепка.

Я никогда не прикасался к Ла Тойи, это было дело Кэтрин. Поэтому Вы можете себе представить, как странно это прозвучало для моей жены и меня, когда появились сообщения, что мы избивали наших детей. Один снежный ком может вызвать лавину, но для меня важно, чтобы общественность узнала правду.

Таким образом я бросался из одной крайности в другую, разрываясь между желанием выступить перед камерами и сделать заявление, или просто помалкивать, чтобы не давать новой пищи для слухов.

Многие люди даже не осознают, что эти обвинения бессмысленны. С 60х годом мои мальчики росли, так сказать, у всех на глазах, и если бы я плохо с ними обращался, это не осталось бы незамеченным. Кроме того, маленький Майкл был настолько быстрее меня, что я едва мог за ним уследить.

Когда Майкл стал суперзвездой, он жаловался, что у него не было детства. Разумеется, я приучал его работать. Но ведь есть дети, у которых нет даже шанса работать, потому что они умирают от недоедания или эпидемий. И конечно, он не играл с соседскими детьми, но в конце концов у него было много братьев и сестер, и он никогда не узнал одиночества единственного ребенка. Мои дети всегда играли вместе в саду или дома. Так что я не могу испытывать никакого сочувствия. У нас дома всегда, регулярно была на столе домашняя еда, была одежда, крыша над головой и родители, которые оставались вместе, любили и поощряли своих детей, способствовали развитию их таланта. И как раз у Майкла это привело к тому, что он стал лучшим артистом в мире.

Я был уничтожен, когда Майкл у Опры сказал, что его тошнило, когда он меня видел. Майкл должен быть благодарен за все, что выпало на его долю в детстве. Сегодня столько черных детей вообще не знают, кто их отец. А если у него проблемы с тем, что ему с детства пришлось так много работать, он должен решить это частным образом и не говорить публично такие вещи.

Он и Ла Тойя должны уяснить себе, как глупо звучит что-то подобное. Кэтрин и я создали основу для того, чтобы они могли осуществить свои мечты. Наверно, им это кажется само собой разумеющимся, потому что они не знают, какого это – не иметь родителей, которые тебя любят. Но все равно, что бы они не говорили, мне это никогда не могло помешать и впредь помогать им.

Правда, то, что было сказано о Майкле в течение того времени, когда Чендлер обвинял его, я до сих пор не преодолел. Я разберусь, если СМИ обливают грязью меня, но утверждать, что Майкл сексуально домогался ребенка, это уже слишком. В определенном смысле СМИ также навредили Майклу, как и люди, обвинившие его. Даже в статье хорошего журналиста всегда можно было прочесть между строк, что Майкл сделал что-то неправильно. Никто не принял во внимание, что причиной для обвинений была алчность.

Я приведу Вам пример, как появляются на свет подобные фальшивые сообщения. Когда Майкл и Лайза-Мария развелись, один журналист с B.R.E., Стив Айвори (Steve Ivory), высказался об этом перед камерой. Он понятия не имел, о чем он говорит, потому что он вообще не знаком ни с Майклом, ни с Лайзой-Марией, но он утверждал, что сайентологи – церковь, к которой принадлежит Лайза-Мария – принудили ее расстаться с Майклом. Айвори объявил в той передаче, что знаком с Майклом с 70х годов, но это полное вранье! В лучшем случае об узнал его как артиста – на сцене и во время репетиций, но ведь это далеко еще не значит, что он с ним дружит и знает, что происходит в личной жизни Майкла.

Подобное происходит постоянно, если музыкальные журналисты путаются в слухах вокруг жизни Майкла. Меня это очень разозлило, потому что адвокаты Майкла проинформировали всех о расторжении брака, и было ясно, что несмотря на развод, Лайза-Мария и Майкл остались друзьями. Кроме того, никого не касается, к какой церкви принадлежит Лайза-Мария, и мне кажется ужасным, когда кто-то, кто ее даже не знает, утверждает, что ее церковь оказывала на нее давление, чтобы она развелась.

Впрочем, Айвори также объявил, что у Майкла проблема с тем, чтобы жить с кем-то вместе. Наверно, судит о других по себе. В любом случае он ни имел ни малейшего понятия, почему они вообще развелись, и Майкл очень даже в состоянии разделить с кем-нибудь свою жизнь. Это просто подло, говорить подобные вещи о паре, которая до сих пор очень близка.

Еще более странно, когда некоторые журналисты не имеют вообще никакого чувства такта. К примеру Тони Панцера (Tony Panzera) много лет работал в журнале «Soul». Когда Панцера ушел, из архива журнала вдруг пропали многие фотографии. Несколько этих фотографий, в том числе и детские фото Майкла, всплыли потом в книге, которую написал Панцера. Айвори, как ghostwriter, из-за денег конечно, участвовал в написании этой книги. Однако позднее он принял предложение пресс-агента Майкла, написать музыкальную биографию Майкла. С одной стороны, он взял деньги у Панцеры за свой вклад в книгу, которая читается как статья из желтой газеты, а потом он принял деньги от звукозаписывающей фирмы Майкла за то, что он напишет о пиках карьеры моего сына. А под конец он еще и распрастраняет отвратительные слухи по телевидению.

Мне противно, когда люди объявляют себя судьями над нашей семьей. Айвори и Панцера – это только 2 примера нарушений, с которыми мы постоянно боролись. Мне бы более всего понравилось, если бы репортеры ограничились бы тем, что сообщали бы о музыке, фильмах и выступлениях моих детей, а не высасывали бы непрестанно из пальца истории о том, что происходит в их личной жизни.