Книги: The Golden Truth — Глава 31

Задолго до того, как Ла Тойа встретила своего менеджера, я уже давно с ней работал и вложил в это много сил, прежде всего чтобы усовершенствовать ее вокал.

Ла Тойя была одной из последний детей, оставивших родительский дом. Она всегда была аккуратной девочкой, содержала свою комнату в чистоте, любила смотреть телевизор. Только готовить она терпеть не могла.

Ребенком она ни на шаг не отходила от своей матери и следовала за Кэтрин по пятам. Если приходили гости, она пряталась, она даже ни разу не ходила одна за покупками. Ла Тойя была даже ближе к Кэтрин, чем Майкл, и она всегда была привязана к своей матери.

Т.к. она была очень застенчивой, у нее развилась сильная зависимость от матери. Вы должны учитывать, что я тогда работал день и ночь и не мог заботиться о ней столько, сколько бы мне хотелось. Поэтому меня более чем устраивало, что Кэтрин и Ла Тойа так сблизились. Когда Кейт была ребенком, она тоже была очень стеснительной, и я думал, они просто очень похожи и поэтому так льнут друг к другу.

Правда, сегодня я придерживаюсь мнения, что для Ла Тойи было бы лучше, если бы она побольше встречалась с другими людьми, она бы не была тогда такой замкнутой и была бы лучше подготовлена к жизни.

Однажды я договорился с Филом Спектором (Phil Spector), чтобы он спродюсировал несколько песен для Ла Тойи. Спектор играл вместе с одним из основателей A&M Records, Маршалом Лейбом(Marshall Leib) в группе под названием The Teddy Bears. Он писал музыку к «Spanish Harlem» и работал как продюсер с Гленом Кемпбеллом (Glen Campbell), Сонни Боно и Леоном Расселом(Leon Rassell). У него было бесчисленное множество хитов в 60е годы, среди них „Be my baby“ группы Ronettes, „You`re lost that lovin` feeling“ группы Righteos brothers, и он был сопродюсером альбома Джона Леннона «Imagine».

В музыкальном отношении это был гений, но курсировали слухи, что он избивал свою жену (Ронни из Ronettes), и носился по своей огромной вилле с пистолетом. Я не знаю, была ли в этих сплетнях хоть капля правды, но я точно знаю, что произошло с моей дочерью. Вскоре после того, как Ла Тойа приехала к Спектору домой, чтобы записываться там в студии, она позвонила нам. Спектор запер ее на вилле и не отпускал домой. Моя жена очень беспокоилась. Она сразу же позвонила Маршаллу Лейбу, и он позаботился о том, чтобы Ла Тойя смогла приехать домой.

После этого я еще тщательнее следил, кому я представляю Ла Тойю, потому что мне стало ясно, что она сама не сможет себя защитить. Мы всегда оберегали ее от тех людей из Лос-Анжелеса, которые ночи напролет торчат на дискотеках и принимают кокаин, и она не знала опасностей реальной жизни, потому что она выросла под нашей опекой.

И только так и могло случиться, что она попалась на удочку Джека Гордона, человека, уже вступавшего в конфликт с законом, и наняла его своим менеджером. Позднее она даже вышла за него замуж. Разумеется, он думал только о том, как бы ему заработать на ее имени, а она не знала, что ей с этим делать, потому что она еще никогда не имела дела с подобными людьми.

В то время, когда они были вместе, у нас даже не было телефонного номера Ла Тойи, мы не могли позвонить и поговорить с ней. Она была узницей в своем собственном доме, за ней постоянно наблюдали его телохранители. Она была настолько зависима от него, что говорила по телевидению отвратительные вещи обо мне и нашей семье, которые не соответствовали истине.

Ее братья и сестры очень разозлились из-за этого и постоянно пытались все это исправить. Марлон во время передачи на одной радиостанции позвонил туда и объяснил, что в обвинениях нет ни капли правды. Ребби высказала свое мнение по телевидению, и многие другие мои дети мужественно на мою сторону. Я очень благодарен им за это, но сам я все же не отвечал на то, в чем обвиняла меня Ла Тойя. Я же знал, что буду писать эту книгу, и здесь я могу высказать свое мнение, не боясь, что кто-нибудь меня перебьет или представит все в искаженном виде. Кроме того, люди только больше будут говорить, если ты публично поставишь кого-то на место и защищаешься от злостных сплетен.

Но я был в ужасе из-за того, что ее слова распрастранились по всему миру. Я же всю свою жизнь посвятил тому, чтобы создать положительный образ моей семьи, а теперь Ла Тойя поставила все на карту, заявив, что ее в детстве растляли.

Мы все знаем людей из разрушенных семей, чьи родители употребляли наркотики или были алкоголиками. У моих детей всегда было что есть, что надеть, у них были братья и сестры, с которыми можно было поиграть и посмеяться, мать, всегда готовая выслушать, и отец, который ими руководил. Кэтрин и я заботились о наших детях и всегда были рядом с ними. Никто не растлял Ла Тойю, когда она была маленькой. Утверждать что-то подобное, кроме всего прочего, нечестно по отношению к людям, которым в детстве действительно пришлось это пережить, и которые на самом деле выросли в таких трагических обстоятельствах. В интервью с одним журналом Джанет сказала, что у нее чувство, как будто бы Ла Тойе устроили промывание мозгов. Определенно, так оно и было.

Это было кошмаром для нас всех – видеть, как Ла Тойя изменилась в браке с Гордоном и в каком направлении он продвигал ее карьеру. И когда они наконец развелись, он разорил ее, хотя она никогда не хотела признаваться в этом. К примеру, у нее были задолженности по налогам, и финансовое ведомство взяло деньги у Кейт. А на следующий день Ла Тойя объясняла по телевидению, что она сама заплатила свои налоги, и это было полным враньем. Пока она была с Гордоном, она причинила нашей семье большой вред, но мы ее не упрекаем. Мы же знаем, c каким человеком она связалась.

Но жизнь продолжается, и как можно заметить, она меняется к лучшему. Есть еще многое, чего я мог бы пожелать моим детям и себе.

Я очень надеюсь, что ничего подобного больше не произойдет. Ла Тойя между тем снова контролирует свою жизнь. Я в любое время готов выслушать советы, касающиеся ее карьеры, и всегда помогу ей в этом.